Честно не понимаю,,,,

Вы мне не дали осени, я заберу у вас правду.
Ходят деревья. Скулят цветы. Не видать им пощады, ибо рождение их было их наказанием.
Давайте дружно наступим на них.
Все еще не вижу осень. Не кажется зима. Может, потому что зимы нет.
Плавают огоньки от света к свету. На краю присел кусочек старого шерстяного свитера.
Крутит свою пластинку микроволновая печь. Нет в ней огня. Незримая искусственность.
Посмотрел в глаза вентилятор. Ему все можно.
Убейте, пожалуйста, этот черный ворох. Ворох ничего. Он молчит.
Отвечайте мне, духи из долины. В вас когда-то верили. Сейчас я с вами.
Представим снежные хлопья, разодетых в красное снеговиков, много-много света, танцующие фигуры, настоящий холод, не тот, что внутри.
Поставим свечку, чтобы согреться. Разожгем листву - это жертва солнцу. Заболеем. Не мы. А все остальные. Уже заболели. Все. И мы. Это все правда.
Я никогда не лгу.
Лицо. Американское лицо. Представьте свою маму, своего папу, лучшего друга, случайного знакомого, школьника из параллельного, кошку...  Это он. он смотрит на вас. В нем есть она. Они поворачивают свое лицо. Ничего больше нет. Фиолетовые глаза. Вы плывете на лодочке, с борта свисает фонарик. Вокруг серая гладь озера посреди темного леса. Лес светится под лучами американского солнца. Лопата плывет за вами. За вами устремляются жалкие рыбешки.
Исчезает все. Вы смотрите в их лицо снова. Ноздри расширяются и впускают под свои волосы. Согреться. Вернуться нужно. Поверхность ровная. она дребезжит. Стены рушатся и видятся кирпичи, повсюду кирпичи и известь, живая, жидкая известь. Она ползет к вам, подает руку и увлекает куда-то. Рот искривляется в улыбки. Вас рвет, долго рвет. На полу еще горячие осколки в крови.
Играет реквием. Его похоронили заживо.