Куда уводят мечты.

 Кажется, воздух стал немного другим. Наверное, это потому что весна уже  сбросила с плеч шубу и готова обнять своих зверушек. Как мило.
Челка так и норовит закрыть мне глаза, но без нее жизнь становится еще слаще. Иногда все вокруг такое ненастоящее, хотя и,вроде бы, самое что нинаесть обычное. Жалко, что мимо нашего городка не проходит ветвь ЖД. Классно было бы слушать стук колес поезда, его  радостные гудки прибытия и стоны отправки, вторяющие крикам людей, выходящих и входящих в него. У нас уже есть горы, с которых на жизнь можно любоваться вот таким образом. А ведь поезд как ни что иное показывает как нельзя лучше ее характер: ведь все наши каждодневные проблемы это его проблемы, потому что это проблемы и пассажиров,  которых он несет в неизвестность известного будущего и колес, скачущих по рельсам в поисках опоры, карабкающиеся в гору и бросающиеся на тьму туннеля. Однажды приходит время, когда поезд покидает навсегда родные дороги и о нем забывают на очень долгое время. Но потом наступает старость и мы начинаем замечать то, что когда-то казлось нам элементом декора. И в этот самый момент воспоминания о таких мелочах затмевают все эмоции, они же родные.
Конечно же, хотелось бы жить в городе. Многоэтажки это нечто за гранью прекрасного. Они такие сверкающие, неспящие и величественные, способные скрыть за своей спиной даже могучее солнце. Они вызывающе смотрят на прохожих, маня своей прелестнейшей крышей, которую уже облюбовала стайка птиц, бесцельно бродящая под ее защитой и глазеющая на ползающих внизу. Чего стоят только антенны, натыканные там с  небывалой щедростью, смотрящие своими пикамив плывущие ввыси облака. Жаль, но антенны никогда не смогут их коснуься. Только если кто-то им поможет. Облака такие близкие... Опять же солнце каждое утро греет их каркасы как своего любимоо сына, самыми первыми в этом мире, внизу молча лежит и завидует холодный асфальт, про который ночью обычно вообще забывают. Роскошью ему кажется нетвердо стоящих ног, наровящих побыстрее окунуться в листву кустов. От многоэтажек веет чем-то большим, нежели просто электрическими зарядами, бегающими внутри, в количесте превосходящие самих жильцов. Не свежей краской, не лучиками света, одиноко буравящего стену в пустынных подъездах, скучающих без звука скользящего вниз лифта. Это память о былых временах, когда на этих домах красовались плакаты и граффити, подчеркивающие их велчие и знатность, кричащие в лицо каждому, кто посмеет злостно проигнорировать их существования,  гордость за тех, кто обитает в многочисленных комуналках, беззаботно посапывают на своих матрацах, бедные, но счастливые... Сейчас многие квартирки пустуют... Да, речь идет не об обычных многоэтажках. Но кто говорит, что "обычный" уж такое плохое слово? Чем обычные зуже? У них такие же стекла, такие же коты на козырьках подъездов, сосульки, свисающие на крыше в ожидание своего ледяного часа, облепившие,  как стервятники свою жертву, машины жильцов, изредка напоминающее о своем пристутствие воем сирены посреди ночи. Или за них это делают проезжающие мимо теперь полицейские машины.
Прохладный выдался вечер во всех существующиих и доступных моему пониманию смыслах Но мне и этого хватит. Со мной музыка и мечты об абсолютном слухе. Ведь это совсем другое воспритяие мира. Хотя бы к концу жизни, пожааалуйста.....
Вот хочется сдерживать слезы, а их по-прежнему нет. Ну и не надо. Все-таки я очень люблю эмоции. Любые. И я меланхолик, все-таки. По жизни. Так почему-то комфортнее. Опущенная голова, капюончик, прогулки в тишине, посиделки в дальнем углу и крики рвущеяс на свободу из удушающих объятий моей сущности души... Мне даже нравится так жить, давать волю своим эмоциям только тогда, когда они того хотят по-=настоящему, ведь именно в такие моменты я олучаю кайф. А мы живем во многом ради кайфа. Это мое предназначение в некоторм роде, быть в стороне. Больше нет страха, нет злых и противных мне чувств, есть только я и мое одиночество. Я свободен во всех планах, могу делать что хочу, идти куда хочу, мечтать... Но не могу, наконец влюбиться. Все-таки найдется ли хоть один человек на земле, который заставит меня умирать внутри каждый день, чтобы снова воскреснуть?
Мне интересно. Я уже не об этом.
Give peace a chance.
Хочу жизнь как в кино. Или даже лучше. Ну, у меня она есть. Тогда и только тогда жизнь прожита не зря.
Не хватает небольшой забегаловки с большими стекалми, чтобы можно было просто сидеть склонившись над книжкой или ноутбуком и изредка бросать взгляды на прохожих, пережидать дождь, перекусывать в конце концов...
На литературе на меня снизошло озарение, во-первых, я вспомнил кучу повестей, которые читал давно, хот я их, честно совсем не помнил - они толпой ломанулись на меня,  а в их толпу затесались парочка незнакомцев. Идей, которые непрменно лягут в основу моих новых произведений. Не очень длинных. Хотя...
Продолжаю обожать Тейлор Свифт, жадно переслушивать ее песни по тысяче раз, желать всем сердцем кучу пластинок, чтобы повспоминать о былых временах... И снова учу японский. Пытаюсь дальше идти в испанском. Спотыкаться можно. Только не спорить! Пересмотрю 127 часов, самые лучшие аниме 5 сантиметров в секунуд и За облаками. Короткометражку Девушка и кот. И еще много всего нужно сделать. И творить, творить дальше, с вдохновением, без вдохновения... дальше тупить в школе. И да, я посмотрел Артист, Потомки и Боевой Конь. Всем смотреть, хотя в последнем, по моему, могли и сократить серединку. Хотя, может, просто ее не понять несведующему русскому человеку. Артист... Наталкивает на эксперимент. Потомки... Как прекрасны Гавайи. Как прекрасен этот фильм и чувства. Семья, в конце концов.
Нет, все-таки я боюсь. Боюсь стать ничем. Боюсь уйти. Боюсь за свой характер. За решения. И правильность. За качества и отношение. За жизнь, только уже не свою. Хоть что-то...
Интересно, выйдет ли когда-нибудь моя газета... Нет. Не хочу я стать журналистом. Я не знаю. Тишина.
Люблю грустить.

Вечер воспоминаний и красоты

 Что-то мне подсказывает, что я что-то упустил, что-то такое, что просто надо было написать. Весь вечер я вчера пытался безуспешно это вспомнить, но, видимо, не судьба.
Да и, впрочем, вечером у меня были совершенно другие дела - я впервые за долгое время вернулся к старому занятию - наслаждению красотой. Просто вечером прильнул к открытому окну и стал смотреть. Царил полумрак, лишь кое-где горели фонари на улице 50 лет Октября, где-то выли коты, где-то еще были слышны чьи-то неспешные шаги, прохладная свежесть время от времени ударялась мне прямо в лицо... Ветерок медленно покачивал ветви березок и величественных тополей. Вся дорога внизу залеплина машинами, которые стоят повсюду. И, конечно же, я просто слушал тихое стрекотание кузнейчиков, прекрасные существа. Я бы не удивился, если даже удалось бы уснуть у окна на подоконнике. Было даже мимолетное желание, которому не суждено сбыться никогда, прыгнуть вперед и взлететь. К сожалению, человек не может летать, не может оторваться от земли без аэроплана, самолета, реактивного ранца, а ведь хотелось бы. Сразу пробирает какае-то тоска. И вот снова чувство Де Жавю. Почему-то в уме всплывают поочередно то осенние улицы Лондона, то нью-Йорка с шумом машин, свежестью.

Я помню сон, который мне приснился, когда мне было 11 лет.  Тогда он перевернул мою жизнь и, конечн, крепко въелся в память.Помню улицы Лондона, дружелюбных, улбыбающихся людей, говорящих на англиском, помню парк и озеро, на котором купались детишки и взрослые, помню смог и дождь, помню людей, спешащих по делам с кейсами в руке... Тогда-то я и начал заниматься английским, тогда-то я и влюбился в эту прекрасную страну Англию, Великобританию, близкую для моего сердца. Я не знаю, возможно, это не сон и в прошлой жизни, ели есть прошлая жизнь, я был англичанином. Но почему-то настолько мне тогда понравился этот сон, зацепил меня, словно это кусочек мозаики, из которой складывается моя судьба и мне не случайно его показали. Целых два года после я грезил о туманном Альбионе. Он казался мне таким родным! Иногда вспоминалось Средневековье, романтичные времена рыцарей, принцесс и драконов!.. Нет, словами не передать, какое у меня тогда было отношение к этой стране. Ко всем этим людям. К красным автобусам, к Биг Бэну... О, да, я помню, как в 2007 смотрел видеозапись 7 минутного салюта в Лондоне, это было прекрасно. Помню, как разноцветные пестрые огоньки, как звезды срывались с небосвода в воды Темзы, которая просто заставляет себя уважать, демонстрируя мощь, олицетворяя собой Великобританию. Но в моей тогда любви еще сыграл не один фактор - мультфильм Оливер Твист, книги о мальчике Гарри Поттере и трилогия Бартимеуса, столь полюбившееся мне произведение, как и Гарри, о котором у меня тоже был сон, но об этом в другой раз. Ах, сколько я вчера вспомнил! И машина времени не нужна.

Но взгялнув на часы, понял, что пора уже мне закругляться, погрузившись в свои мысли, мечты и воспоминания, я не заметил, как пронесись пятнадцать минут. Последний раз оглядел окрестности, бросил взгялд на небо - ни одной звезды не было видно, только облака, облака и облака. Заснул я вчера наудивление быстро, даже не ожидал после такого количества хороших впечатлений и эмоций ябыл как после трех чашек крепкого кофе.

Но началось все еще на речке. Приятно съездить вечерком. Уже темнота почти захватила всю прибрежную территорию, но все же она не могла помешать моему беспощадному взгялду лицезреть постыдные творения рук человеческих - кучки мусора ютились почти под каждым деревом. Ехали мы около 5 минут, опять на Колено после моих недолгих уговоров. Вспомнил, как в детстве в здешних зарослях во время разлива реки в первый и единственный раз в своей жизни видел бобров, милые создания.

На улице, стоило  нам только выйти из машины, нас уже ожидала приятная прохлада. После неостывшего после жаркого дня салона машины очень кстати, между прочим. Сначала в моих глазах мелькнул страх того, что выходить из воды будет очень трудно. Но потом я отбросил все отговорки не идти в нее, мыслено убрал все, за что страх мог бы зацепиться и он рухнул в небытие уступив место спокойствию. Спуск был весьма и весьма резкий, но я его без особого труда и усилий преодолел. Да уж, достижение! Хаха, иногад сам себя повергаю в такой смех, что живот потом долго болит.

Шагнув в воду я понял, что более того - еще ошибался. Над самой кромкой воды парили светлечки, стремясь каснуться ее в борьбе с жарой, но боясь последствий, ведь намочив свои тонкие крылышки они вряд ли ее покинут, да и вода не так уж стремиться их отпутить, ей проще взять в свои объятья, которых для всех хватит. Кроме светлячков еще были мелкие рыбки, снующие прямо под ногами, иногда мимолетно задевая своими мокрыми скользкими хвостами. Посередине реки картина немного менялась - там из воды время от времени выпрыгивала щука.

Оказавшись по пояс в воде я еще больше убедился, что был неправ, боясь, что поздним вечером окунуться в водную стихию будет труднее. Хотя мне так раньше казалось, два года назад мы с бабушкой и дедушкой каждый вечер, часиков в 10 ездили купаться. сейчас же дедушка лениво машет рукой и отказывается заходить в воду, эх, что-то она совсем сдался, жизни не рад. Дома я, конечно, долгое время проводил под ледяной водой, которая пробирает прямо до костей. Такой холодной, что просто дрожать сил нет. Вот и закалился, наверное.

Немного поплавав и освежившись я был вынужден выбираться на берег, глиняный берег. Да и дно здесь глиняное - полно мелких камешков, на которые приятно наступать, словно массаж ступни еще плюс к купанию! Пока бабушка ходила переодеваться я кое-как, неуклюже забрался на ветку прибрежного дерева, которое видело еще времена, когда здесь купалась в молодости моя прабабушка и стал смотреть на едва шевелящуюся воду, темную. Вдали можно было заметить последнюю весточку солнца - темно-ораньжевое небо. Спрыгнув, сел в машину,накинул на мокрое тело одежду, вздохнул ипосмотрел последний раз за тот день на воду. Она прекрасна.